Я 23-F

H oy выполняются годы того дня, в котором все, особенно те, что у нас были тревоги лучшей Испании, нам замерзло сердце. Каждый бы это пережил в зависимости от его возраста, его страхов и его надежд. Я находился этим вечером в классе. Он был в третьем бега, изучая Искусство мореплавания, в мало начинания уже моих практик на торговом корабле. Давал уроки преподаватель, который был моряком войны, я верю в то, что помню, что он давал нам урок на приливах и отливах, уверен, что он был предмета Судоходства и Астрономии. Посередине класса он внес университетского надзирателя и приблизился к Дону Анибал и шептал что-то. Немедленно изменили ему лицо и обратились к нам: - Случилось военное объявление приговора, и как чиновник Флота я должен направляться к Комендатуре Marina. Все ни остаемся немного, не зная, что делать, ни говорить. Я dirijí в моем доме и моей матери она была совсем нервной. Я смог убеждать ее в его попытке, которой мы сжигали все мои опасные, те книги Издательства Основы, которые я попросил из-за поставки против платежа, "красных книг" (Происхождение Семьи, Манифест Коммунистической Партии, брошюры Bakunin, и другие, которые к счастью все еще сегодня я сохраняю). Но моя память перемещается прежде всего в радио, то радио моего отца, подшитое кожей. Висящий на новостях, на сообщениях на Национальном Радио. К счастью сегодня это целое воспоминание, грустное, далекое во времени. Успех испанской социал-демократии и от имени той UCD он состоял в том, чтобы стабилизировать окончательно демократию, хотя с высокой ценой: общественные договора, прирученные синдикаты, преданный разрыв, историческая память, еще из-за того, что решает, незаконченный федерализм, тосковавшая республика. . Сегодня мы переживаем демократию, молодежь не узнала Удар, ни во Франко, даже не отсутствие свободы а следовательно они не могут тосковать по тому, что они не пережили, и они не могут сравнивать ситуации. Сегодня демократия ограничивается все более обетом каждые четыре года на политкорректных выборах, где никто не ставят менять экономическую капиталистическую систему на более человеческих и солидарных формах. Сегодня демократия спаслась, но несправедливости остаются и могущественные заставляют нас грузить с его ошибками, но не заставляют нас участниками его доходов. Сегодня я помнил Дону Анибал и радио моего отца.